К ПОТАЕННЫМ ГЛУБИНАМ ИНДИВИДУАЛЬНОГО СОЗНАНИЯ

Точное определение местопребывания индивидуального "я" имеет для науки, как, впрочем, и вообще для судеб человечества, поистине непереоценимое значение. Ведь от самой по себе локализации можно, собственно, прямиком переходить к особенностям его функционирования, а это, в свою очередь, уж наверняка должно помочь в разрешении глобальных общефилософских проблем жизни и смерти, связанных с извечными, но безуспешными пока поисками смысла нашего земного бытия.

Кроме того, как всем нам известно, до сих пор еще не потерял своей актуальности так-же и вопрос о наличии у человека подлинно свободной воли, т.е. такой именно воли, которая бы не подчинялась ни мышлению, ни даже инстинктам. Да и в самом деле: так или иначе, но лишь в зависимости от того, куда мы повернем в данном случае дышло, только и можно будет судить о способности субъекта управлять своими собственными поступками. Так что, как видим, и здесь на проблему человеческого "я" опираются сразу несколько исключительно важных пластов социальной надстройки: этикет, мораль, ну и, конечно же, право. Итак, постараемся прежде всего прояснить теперь два стержневых момента: где находится человеческое "я" и что с точки зрения естественного системно-иерархического уклада оно собой представляет. По первому вопросу логично предположить следующие возможности: "я" находится за пределами мозга, но в теле человека; "я" расположено вообще вне визуально наблюдаемого живого организма; и, наконец, наиболее естественная - "я" это не что иное, как одно из структурно независимых подразделений центральной нервной системы. Если же говорить о самой организационно-иерархической принадлежности "я", то тут тоже можно прогнозировать несколько вариантов: 1) монадную природу данного фактора; 2) системную (т.е. на практике - геномную); 3) надсистемную (в том числе, например, сенсорноядерную, таламическую, стволовую, общецеребральную и т.п.); 4) принадлежность "я" к кочевому экзосимбионту (в этом случае подразумевается весьма популярная древнеиндийская концепция, связанная с так называемым "переселением душ"); 5) принадлежность к доморощенному эндосимбионту, или, иначе говоря, к "параллельному" организму, вырастающему из провируса.

Поскольку именно эта, вторая часть сформулированного выше вопроса является самой ответственной и важной, с нее, по-видимому, лучше и начать. Но, впрочем, как бы там ни было, а в нашей конкретной ситуации придется, пожалуй, сразу же смириться с мыслью, что ни одну из всех пяти предложенных версий, по существу, абсолютно невозможно сколь нибудь строго опровергнуть, тем более же на чисто умозрительном уровне. Конечно, самый надежный здесь путь - это четко выверенное искуственое раздражение каждого из живых тканево-клеточных участков в отдельности. Причем с достаточной долей уверенности можно предположить, что сенсорный, а особенно ноцицепторный ответ центрального "я" должен иметь при этом действительно универсальный характер, т.е. сам подопытный в момент точного попадания буквально содрогнется от головокружительного наплыва чувств и ярких образных реминесценций. Что же касается непосредственно инструментальной постановки такого рода эксперимента, то в наше время она уже не связана с труднопреодолимыми техническими препятствиями; разве что остаются лишь отдельные нюансы морального плана. Вместе с тем необходимо, разумеется, хоть приблизительно представлять себе площадь самого круга поисков. Так, если речь идет о мозге, то это, скажем, уж никак не могут быть новейшие - кортикальные - его отделы, а скорей всего, очевидно, таламус, ретикулярная формация, гипоталамус, ну и, в крайнем случае, еще эволюционно более древнее основание. Далее, обязательно отметим также и такой весьма немаловажный момент, что какими б изощренными ни были б наши усилия, тем не менее возможную монадную природу "я" нам пускай даже в принципе установить все равно никогда не удастся. Правда, здесь можно просто-напросто согласиться с достаточно-таки резонной мыслью, что локализация всего неисчерпаемого внутреннего мира в одной-единственной монаде выглядит уж слишком маловероятной; тем более, что саму искомую монаду придется при этом наделить некой особой эксклюзивностью, отличающей ее среди множества себе подобных. Сложнее обстоит ситуация с концепцией ""я" - геном". Казалось бы, с одной стороны, элементарные кирпичики сознания вполне могли бы на полевом уровне замкнуться в единую геномную систему, однако ведь, с другой, - что опять-таки мешает им сделать это в масштабах всего таламуса или даже человеческого мозга в целом? Так что, если, во всяком случае, судить априорно, геномный вариант "я" не очень-то вписывается в рамки существующей научной парадигмы. А отсюда вытекает, что без проведения специального скрининга (надо обнаружить или особый энцефалографический "фокус", или возможное расхождение гаплоидных геномов делящейся зиготы именно по таламусам, или, допустим, какую-то необычность в размерах клеток и самом характере внутриталамических связей, либо же, как об этом подробней уже говорилось выше, экспериментально "прощупать" каждую клетку) наиболее целесообразно пока было бы полагать в качестве "я" весь таламус.

Общеизвестно, что когда человек пробуждается после глубокого обморока, то лишь спустя некий определенный промежуток времени начинает осознавать, что же с ним все-таки на самом деле произошло. В частности, сперва обычно возникают какие-то невнятные сноподобные ощущения, затем слуховые; потом - когда раскрываются глаза - зрительные; и только где-то через минуту-две за счет активизации памяти появляется наконец самое главное, а именно - преемственная связь с "я"-прошедшим. Иначе говоря, подлинная убежденность в том, что сиюминутное "я" - это именно "Я-имярек", после длительного отключения приходит к нам отнюдь не сразу. Так что с учетом всего сказанного методологически, пожалуй, наиболее корректно будет выделить в человеке не одно "я", а несколько функциональных его ступеней. При этом "я" первичное в полном согласии с фазами выхода из комы уместно, по-видимому, приурочить к деятельности важнейшего для данного организма сенсорно-висцерального ядра. Соответственно, "я" вторичное будет локализоваться в доминирующем таламусе, а "я" третичное - далее уже надстраиваться с помощью лимбической системы. Следующий уровень - палеокортикальное "я", - включая в себя первые три подуровня, ограничивается древними слоями коры. Пятый уровень - корковое "я" - характерен для повседневной деятельности огромного большинства людей. И, наконец, шестой, высший уровень - это "я" зрелое, т.е. именно уже то, что называется личностью. В общем, как легко заметить, в приведенной градации каждое последующее "я" объемлет в себя все предыдущие. Что же касается самих выполняемых при этом функций, то тут основные различия таковы: "я" таламическое ответственно, по сути, за все ощущения и запечатлевание; "я" лимбическое - за эмоции, оперативную память и любые инстинктоподобные проявления; "я" палеокортикальное - за элементарную, можно сказать "животную" логику; "я" корковое - за обыденное мышление и память; высшее "я" - за формирование мировоззренческой позиции, философское осмысление бытия и своего места в нем. Ну а если данную проблему рассматривать с точки зрения психолога, то в этом плане лимбо-палеокортикальное "я" можно считать "я" примитивным, корковое - "я" обыденным и высшее - зрелым. Во всяком случае, именно в последних трех состояниях люди в основном как раз и проявляют замечаемую внешне деятельность.

Каждому из нас наверняка хотелось бы узнать, что ждет его за роковой чертой. Ведь только чаянья о потустороннем мире порою и обнадеживают человека в этой жизни, которая - признаем здесь прямо - начисто лишена всякого личностного смысла. Многие ученые не принимают всерьез подобных рассуждений, но вместе с тем, скептически посмеиваясь над церковными сказками об аде и рае, они в то же время, по существу, и рубят сук, на котором сидят, так как остается совершенно непонятным, каков же тогда смысл всей их деятельности. С этой точки зрения особую пользу могут здесь принести небезызвестные исследования Я. Стивенсона и Р. Моуди, описавших множество вполне реальных случаев "выхода из тела".

Но для нас в данной статье наиболее важно соответствующим образом увязать статистические результаты этих исследований с возможной непрерывностью сознания. Если же все-таки говорить конкретно, то незначительный процент экстракорпорального опыта, полученный как в наблюдениях Стивенсона, так и Моуди, можно объяснить с двух позиций.

1. Мистическая. Путешествовать вне тела способны только лишь потомки гибридов земных и космических существ, причем чем больше в них космического, тем ярче сами полеты и - соответственно - насыщенней уготованная им в скором будущем загробная жизнь (для основной же массы людей таковая вообще "не светит"). Непрерывность "я" в этом и в потустороннем мире сохранена.

2. Естественнонаучная. Все зависит от наличия и функциональной активности подселяющегося иногда к человеку чужеродного духа-эманации. Поскольку "я" такого экзосимбионта не может, вообще говоря, совпадать с "я" носителя, это прямым образом сказывается и на самих по себе реалиях посмертного существования, когда "я" человеческое бесследно растворяется, а чуждое ему "я" хоть и остается, но начинает выполнять на новом месте, судя по всему, сугубо утилитарные функции. Что же касается конкретно "выхода из тела", то здесь кратковременная память экзосимбионта, наслаиваясь на аналогичную память человека, вполне может просто-напросто доминировать в ряду всех других впечатлений. То есть, иными словами, налицо не сиюминутное восприятие путешествий своей собственной души, а обычное припоминание навязанной извне информации задним числом. Впрочем, подчеркнем, что это только наша версия. Точный же эксперимент на разграничение прошлых впечатлений от настоящих здесь, видимо, поставить невозможно.

Что ж, как видим, в обоих рассмотренных вариантах без дополнительного объяснения механизмов работы памяти никак не обойтись. Но первый случай требует признания, на ряду с кратковременной и долговременной, еще и третьего вида памяти, который, собственно, и поставляет основные сведения о человечестве в гипотетическую ноосферу. Этот вид памяти, само собой понятно, присущ только избранным, "боголюдям", т.е. если верить Моуди, 8-10% от всего населения. В альтернативном же варианте, связанном с непосредственным участием экзосимбионта, вполне достаточно будет использовать лишь привычные термины. Правда, их при этом все же придется чуть-чуть более детально расшифровать. Так, говоря о долговременной памяти, исчезающей после смерти человека, обязательно здесь же уточним, что она кодируется на кортикальных белках; кстати, в своих "штатных" нейронах они тоже выполняют сходную роль, а именно - принимают участие в компьютерном обеспечении внутриклеточных нужд. В отличие от долговременной, мгновенная память напрямую связана с ощущениями и имеет полевую природу. Можно считать уже неопровержимо доказанным тот факт, что она впитывает в себя абсолютно всю поступающую в мозг сенсорную информацию, да и, кроме того, сохраняется навеки - независимо от любых травм и болезней. Однако востребовать ее в нашей повседневной жизни удается крайне редко, так как для этого надо выйти ни много ни мало на интегративное поле самих по себе первичных монад. В общем, хоть "я" сенсорное концептуально и не сводится к "я" мнестическому, но в действительности ощущения вряд ли способны идти в отрыве от элементарной памяти.

Давно замечено, что после кончины маются и не находят себе покоя лишь души молодых (чаще всего убиенных) людей. От избытка ли энергии это происходит или от их функциональной незрелости - трудно сказать. Одно ясно: продолжающим жить индивидам они, как правило, добра не приносят. В частности, именно отсюда берут начало и истоки полтергейста, и энергетического вампиризма, и феномена множественности "я". Следует отметить, что последний представляет для нас особую актуальность, так как подобного рода полиморфизм можно считать единственным контраргументом на пути признания таламуса в качестве средоточия целостно-организменного "я". Ведь если вдуматься, то в нашей концепции даже двойственность "я" крайне маловероятна; такое возможно разве что за счет дуплетности таламусов, но в жизни встречается лишь в патологических случаях, например, в состоянии сомнамбулизма. Другое дело, что в одном и том же таламусе вовсе не обязательно должны доминировать одни и те же ядра. Так, скажем, выдающиеся гипнотизерские способности, судя по всему, могут быть обусловлены резкой активизацией в зрительном бугре ядер ретикулума. Кстати, здесь надо напомнить, что ретикулум вообще традиционно считается своего рода подпитывающей станцией для всего мозга; но вместе с тем почему-то никто из физиологов пока что так и не удосужился выяснить, откуда же, собственно, берется эта животворная энергия. Ведь хоть индивидуальные возможности человека и велики, но все же они до определенной степени ограниченны. С другой стороны, сказать, что ретикулярные ядра напрямую связаны с космосом, - это , в сущности, всё равно, что вообще ничего не сказать. Так что в качестве разумного компромисса здесь, как нам кажется, вполне можно предположить, что энергетическая подпитка ретикулума осуществляется именно через посредство сателлитных духов-эманаций. Да и тем более, такая точка зрения во многом могла бы объяснить саму по себе природу непрогнозируемого чудотворства, при котором на первый план во всех подобных ситуациях нередко как раз выступает некая прихоть "прикрепленного" духа. Однако известны, впрочем, и совершенно иные случаи, когда те же опять-таки сателлиты играют и заведомо паразитическую роль, провоцируя при этом разные темные напасти и болезни.

Перейдем теперь к рассмотрению довольно-таки принципиального вопроса о конкретных механизмах проявления человеческой воли.

Истинная свободная воля для подавляющего большинства людей является вообще запредельным понятием, ведь ею, по большому счету, способна обладать лишь самодеятельная реликтовая энергия, да и еще, пожалуй, наиболее элементарные частицы, лежащие в фундаменте всего нашего мироздания. Правда, в обыденной практике твердой волей часто называют устойчивое предпочтение при выборе сферы сознания одних структур высшей нервной деятельности над другими. Так, волей божественного откровения именуют обычно функциональное доминирование в таламусе ядер ретикулярной формации, а высшей, или разумной, волей - устойчивую связь центрального "я" с высшими отделами коры, в первую очередь с теми, которые ответственны за формирование самосознания. Как раз на последнем факторе и основаны многочисленные методики по аутогенной тренировке и йогическому совершенствованию с целью достижения особого состояния "самадхи". Но тем не менее все это, понятно, не имеет никакого касательства к подлинной свободе воли, поскольку на деле-то обусловливается осознанной инициативой со стороны коры: ведь как бы там ни было, а в конечном итоге данный выбор детерминирован именно внешней информацией о том, что достижение "самадхи" возможно, да и, кроме того, является большим благом. Так что еще раз подчеркнем, что сколь это даже ни покажется кое-кому парадоксальным, однако же для обычного земного человека настоящая свобода воли представляет собой своего рода подобие журавля в небе. Ну а что касается феноменальных волевых возможностей чудотворцев и высших эволюционных иерархов, то они тоже проявляются ими отнюдь не всегда. Вспомним в этой связи хотя бы многочисленные фиаско при проведении направленных телепатических сеансов, а также и различных других парапсихологических экспериментов - и притом всякий раз, когда их собираются контролировать специальной точной аппаратурой. Отсюда можно, в частности, сделать вывод, что чудотворная воля хоть и обоснована конкретным намерением самого индивида, но все равно обеспечивается нужными энергетическими ресурсами именно со стороны того или иного заинтересованного в этом духа.

И, наконец, под занавес немного остановимся на возрастном становлении "я" в пределах одного онтогенетического цикла. Ранее в своих работах мы уже неоднократно констатировали тот очевидный факт, что на полевом уровне может ощущать себя (а также, разумеется, и помнить) абсолютно любая естественная природная система. Но если данный конкретный человек вырос из микроскопически маленькой клетки, то это ни в коей мере не означает, что и сами "я" тоже у них должны совпадать. Чисто теоретически такой вариант мы не в силах, конечно, исключить на все 100%, но в общем случае это чересчур уж попахивает мистикой. Так что истинно человеческое "я" начинается с появления первых сенсорно-висцеральных таламических клеток - это совершенно однозначно. Другое дело, что нам трудно доподлинно судить, как именно приходит к индивиду само по себе это субъективное ощущение: исподволь, незаметно или же все-таки путем мгновенного взрывообразного замыкания возникшего перед этим "полевого сгустка". Впрочем, как бы там ни было, вряд ли данный вопрос можно отнести к числу каких-либо особо важных, вот почему мы, собственно, и не будем сейчас на нем дополнительно заострять наше внимание.

Итак, теперь, пожалуй, пора подвести окончательные итоги.

1. Внутреннее ощущение принадлежности к "я", точно так же, как и многие другие атрибуты психики человека (да и любой природной системы вообще!), формируются на полевом уровне. К сожалению, правда, данное обстоятельство только еще раз подтверждает неполную адекватность восприятия нами окружающего нас материального мира, но с этим, как говорится в подобных случаях, уж ничего не поделаешь.

2. Субъективно в каждом "я" можно выделить сенсорную, эмоциональную и мнестическую его ипостаси. При этом последняя способно, очевидно, обогащаться за счет наличия особых древних каналов связи с околоземной ноосферой, хранящей все основные сведения о прошедших событиях. Понятно, однако, что это происходит крайне редко и дано к тому же отнюдь не каждому.

3. Тщательный анализ сновидений, где, как правило, присутствует не только главный персонаж, но и зритель (т.е. мы зачастую можем видеть себя как бы со стороны) доказывает, что самовосприятие не тождественно психической деятельности мозга в целом, но является, тем не менее, его органической частью. Из этого, в свою очередь, следует, что после естественной смерти "я" неминуемо должно погибнуть вместе со всем остальным телом, так как в процессе гниения его мнестическая структура безвозвратно разрушится, а сенсорная распадется на мельчайшие монадные осколки.

4. Хотя для 90% населения понятия "загробная жизнь" и "свобода воли" совершенно не актуальны, однако частичная правоприемственость "я" при переходе в мир иной может все же иметь место для чудотворцев, а также тех лиц, которые при своей жизни способны были испытывать нечто вроде состояния "выхода из тела". Но, впрочем, вряд ли их при этом можно назвать некими счастливчиками, что, в частности, сполна находит соответствующее подтверждение в буддистской или даже античной традиции.

5. Анатомически в центральной нервной системе того или иного индивида могут гнездиться только два настоящих ("именных") "я" - по числу таламусов. Что же касается "я" чужеродных духов-эманаций, обитающих вне тела, то при определенных анатомо-функциональных особенностях ЦНС они в эксклюзивных случаях могут-таки овладевать психикой данного человека, однако, судя по сему, ненадолго.